Новости

Как устроены журнальные редакции: отбор рукописей в американские журналы

В американских журналах действует порядок внутренней работы журнала, который соответствует задаче справедливого отбора рукописей с обязательным «слепым» рецензированием всех рукописей и опорой на внешних рецензентов. Редакции журналов, ощущая свою ответственность, приложили все усилия для того, чтобы решения о судьбе рукописей были объективны. Даже если за это пришлось заплатить свою цену не только в виде сильной загруженности профессионального сообщества, но и цену интеллектуальную – многое, о чем трудно получить надежный отзыв, получает отказ.

Система вознаграждения в академическом мире является замкнутой: дисциплинарные сообщества ученых сами устанавливают стандарты оценки нового знания (Crane 1976). Научные журналы наряду с другими структурами – комитетами по академическому найму или комиссиями по распределению грантов – производят через механизм peer review оценку знания от имени всей дисциплины. В редакциях происходит самое важное – статьи принимаются в печать или отправляются назад к автору с пометкой «Отклонено» («Rejected»). Редколлегии и рецензенты берут на себя очень многое: они предопределяют наш выбор – кого нам читать и кого цитировать в собственных работах. Этого уже достаточно, чтобы сообщество было заинтересовано в таком устройстве отбора статей, который производил бы справедливую оценку рукописей.

В 1960–1970-e годы внимание к редакциям журналов стало результатом их сравнительно новой роли распорядителей символов академического статуса. В этот период науки расширились до таких размеров, что ощущение сообщества, в котором все друг друга знают, было утрачено (Becker 2003:iv). Огромные вливания в американскую науку дали возможность открыть новые университеты, предлагавшими аспирантское обучение наряду с самыми известными исследовательскими университетами. Появились новые обладатели степеней, которые не заканчивали Чикаго или Гарвард и не писали диссертаций у знаменитых профессоров. Все они вышли на академический рынок, который с 1970-х годов перестал легко вмещать в себя новых участников. Университеты тем самым получили возможность повысить свои требования к академическому продвижению, что обернулось окончательной победой принципа «publish or perish».

Согласно меритократическим идеалам, продвижение к вершинам академической иерархии должно быть производным от научной репутации (Мертон [1988] 1993). Остальные критерии не должны приниматься во внимание, и обязанность следить за этим возлагается на те институции, деятельность которых организована вокруг оценки научного вклада. Исследователи обращаются к редакционным коллегиям журналов, подразумевая, что их (редакций) контроль над публикационным пространством является важной формой власти в академическом мире (Crane 1967; Yoels 1971, 1974). Главное опасение заключается в том, что, как в случае с любой властью, ее обладатели начнут ориентироваться на собственные интересы. Заслоном против критики стал новый порядок оценки рукописей, основная цель которого – производство справедливых суждений.

Американская наука задает стандарты научной практики для всего остального мира, являясь одним из самых важных источников институционального подражания. Далее показано, как работают те институции, которые ответственны за соблюдение стандартов. Настоящий обзор можно считать демонстрацией следующей идеи: «то, что попадает на страницы наших журналов, зависит не только от качества текста, но также от того, как устроен отбор рукописей» (Freese et al. 1979:237).

Правила академического продвижения подразумевают не только, а часто и не столько преподавание, сколько необходимость публикационной активности. Не многие крупные университеты позволяют своим профессорам игнорировать принцип «publish or perish», ведь для продвижения нужно представить доказательства исследовательской продуктивности. Институциональный стимул писать статьи и книги имеет особенно сильное влияние на молодых обладателей степеней, которые только заняли первую позицию в университете и надеются через несколько лет получить пожизненный контракт.

Университеты воспользовались своим положением, серьезно повысив стандарты для продвижения внутри организации. Необходимость играть по правилам в академическом продвижении особенно остро стояла перед младшими когортами, которые, не имея постоянной позиции, находились в уязвимом положении. Увеличение категории молодых преподавателей должно было повлечь в свою очередь и увеличение публикационного пространства. Репутация автора становится для издательства одной из гарантий того, что финансовые затраты на издание окупятся. В такой ситуации для молодых авторов, которые еще находятся в начале своей академической карьеры, публикация статьи в журнале является более надежным предприятием [3].

Разумная стратегия молодого обладателя степени – публикация статьи в журналах «большой тройки».

Редакции журналов придумали процедуру отбора статей, направленную на то, чтобы выносить справедливые вердикты о принятии или отказе рукописи. Как пишет Эбботт, «редакторы ощущали огромную ответственность, даже одержимость справедливостью» (Abbott 1999:172). Исследования показывают, что журналы редко отличаются фаворитизмом: если даже автор добился успеха и опубликовал несколько статей в журналах, входящих в «большую тройку», это не обеспечивает появления его работ в этих изданиях и дальше. Вряд ли можно говорить о существовании устойчивой группы авторов, которые составляли бы элиту авторов. Авторы достаточно быстро сменяют друг друга на страницах журналов и зачастую, добившись успеха – опубликовав несколько статей, уходят в другие жанры или журналы.

Проверка журнальных редакций на меритократию

Проверка академического мира на справедливость стала во многом результатом тех изменений, которые произошли после Второй мировой войны. В первой половине XX века лишь немногие американские университеты имели хорошую аспирантуру, поэтому большая часть новых обладателей степеней выходила на академический рынок именно из стен десяти самых престижных из них. Выпускники являлись представителями университетов, которые не сильно различались в иерархии престижа. Со временем рынок становился все более разнообразным, так как включал в себя выпускников университетов с менее престижными аспирантурами (Crane 1970). Стало важным, имеют ли доступ эти новые университеты к институциям, которые раздают символы академического статуса.

Начало исследованиям институциональных «династий» положила знаменитая статья Дианы Крейн (Crane 1967). Ее интересовало, влияют ли социальные атрибуты редакторов и авторов на то, чьи тексты появляются в журнале. Академический фольклор полон рассказов о том, как рукописи не принимали в печать, пока автор работал в университете Северной Дакоты, но как те же самые журналы стали благосклонны к нему, когда он получил место профессора в Гарварде (Campanario 1998). Основная гипотеза Крейн заключалась в том, что общий академический бэкграунд редактора и автора (если они, например, работали или получали степень в одном и том же университете) гарантирует более благосклонную оценку рукописи. Крейн сравнила распределение авторов (доля авторов из престижных и из менее престижных университетов соответственно) за два десятилетия – до существования анонимного рецензирования и после его введения (что произошло в American Sociological Review в 1956 году). Помимо этого она сравнила ASR с экономическим журналом American Economic Review (AER), где отсутствовали такие важные организационные элементы, как смена главного редактора и его команды каждые три года и двойное «слепое» рецензирование. Крейн подсчитала институциональное распределение среди редакторов и авторов, а потом сопоставила их между собой[9]. Ее выводы показали, насколько большое значение имеет общий академический бэкграунд: чем больше среди редакторов тех, кто имеет отношение к менее престижным университетам, тем чаще в журнале будут появляться авторы из университетов этой категории. Соответственно, если в ASR рукописи читают редакторы из престижных и менее престижных университетов, то и состав авторов в этом журнале будет более разнообразным, чем в случае AER, который отличается более элитарным характером в формировании редакционной коллегии. Стоит отметить, что существенную роль в изменении этой ситуации сыграло введение «слепого» (то есть анонимного) рецензирования в 1956 году (Crane 1967:197).

Если Крейн отслеживала зависимость между престижностью мест работы редакторов и институциональной принадлежностью авторов, то в другом исследовании (Yoels 1971) были собраны подробные данные о том, как менялся институциональный профиль редакций журналов со сменой главного редактора (Йоелс прослеживает этот параметр для каждого университета за 1948–1968 годы). Вопрос он ставил тот же самый: оказывает ли редакция предпочтение институционально сходным с ней авторам? Для аргументированного ответа на этот вопрос в первую очередь Йоелсу нужно было посмотреть, насколько разнообразны сами редколлегии журналов. Для этого он проанализировал, как менялась доля присутствия в редакции определенных университетов в момент смены главного редактора. Если главный редактор подбирал редакторов из того же университета, что и он сам, или по крайней мере из университета одного уровня престижа, то это рассматривалось в исследовании как индикатор контроля публикационного пространства со стороны истеблишмента дисциплины. Следующий шаг заключался в сопоставлении того, как вместе с изменением институционального профиля редакции менялось распределение авторов, чьи рукописи были опубликованы в журналах. Таким образом, аргументом, который говорит в пользу наличия «династии», является заметная доля авторов из университетов, представленных в редакционной коллегии.

Результаты этого исследования показали, что институциональные «династии» действительно присутствуют в ASR, однако создают их только самые крупные «игроки» – университеты высшей лиги. Главные редакторы из Колумбийского, Чикагского и Гарвардского университетов предпочитают создавать команды из соредакторов, которые были бы близки им по институциональному бэкграунду (Yoels 1971). За два десятилетия для этих трех университетов доля редакционных позиций составила около 60%. Обнаружилась следующая закономерность: главные редакторы из указанной тройки чаще, чем главные редакторы из других университетов, подбирают соответствующую редакторскую команду, куда входят сотрудники этих же трех университетов. Например, главный редактор с «колумбийским происхождением» собрал команду редакторов преимущественно из своего университета и при этом также чаще обращался к выпускникам Чикаго и Гарварда, чем главные редакторы из менее престижных институций, оказавшиеся в аналогичной ситуации. Дальнейший шаг Йоелса, как и в исследовании Крейн, состоял в сопоставлении бэкграунда редакторов и авторов: «как показывают данные, существует поразительное совпадение в списке основных университетов, где получали степени редакторы ASR, и списке основных университетов, где авторы этого журнала получили свои степени. Чикаго, Колумбия и Гарвард находятся на самом верху в обоих списках, хотя порядок и различается» (Yoels 1974:158).

Пфеффер и его соавторы рассматривали, как участники редакционного процесса (представители редакционной коллегии и «гостевые» рецензенты, которым время от времени присылают рукописи для оценки) влияют на отбор рукописей. Общий институциональный бэкграунд влияет на положительные вердикты даже в случае с теми рецензентами, которые не входят в редакционную коллегию журнала.
Мы знаем о том, что исследования Йоелса, Крейн и Пфеффера затрагивали тот период, когда ASR уже ввел процедуру double-blind peer review (двойного «слепого» рецензирования). В самых важных журналах по физике, химии, биологии или математике процедура рецензирования имеет только один «слепой» этап: редакция не сообщает автору рукописи имени рецензента (Blank 1991). Дополнительная «слепая» сторона была призвана обеспечить непредвзятость в отборе рукописей, сделав рецензента «слепым» к тем сигналам, которые содержатся в имени автора и указании места его работы. В этом смысле науки не просто перекладывают весь отбор статей на профессиональное сообщество, но даже при его участии стараются включить предохранительный механизм для того, чтобы избежать партикуляризма. Однако, как мы увидели, «происхождение» заставляет рецензентов и редакторов быть благосклоннее к «своим» авторам, даже если рецензент читал рукопись без каких-либо указаний на ее автора[11].

Роль общего институционального бэкграунда авторов и редакторов при выборе рукописей сохраняется даже при двойном «слепом» рецензировании. Эта процедура является своего рода козырной картой, которая позволяет отражать разные обвинения в злоупотреблении занимаемой должностью. Что еще может предъявить редакция таких важных журналов, как ASR или AJS, в свою защиту?

За закрытыми дверями: как происходит отбор статей в ASR и AJS

Работа по отбору рукописей предполагает установление баланса мнений внешних и внутренних участников в принятии решений. Главный вопрос заключается в том, какую свободу действий мы готовы предоставить тем и другим.

Рецензирование в журнале ASR дает наглядный тому пример.

Это пример журнала, подконтрольного главной дисциплинарной ассоциации, придумывающей правила издания этого журнала (включая правила отбора рукописей)[12]. Следует учесть, что правила издания журналов Американской социологической ассоциации являются образцом для подражания. Этот образец обладает сильной принудительной силой в следовании устанавливаемых им правил. Например, впервые двойное «слепое» рецензирование появилось в ASR в 1956 году. Спустя несколько лет финансируемый частным университетом AJS также ввел эту процедуру в отбор рукописей[13]. Различия во внутренней работе между двумя этими журналами нивелировались к 1970-м годам. История трансформации редакционной работы AJS во многом следует логике миметического изоморфизма (Abbott 1999)[14].

Модель отбора рукописей включает несколько промежуточных решений. Сначала главный редактор (один или вместе с помощниками) решает, стоит ли отправлять рукопись на рецензию или автору можно отказать сразу. Отказ без рецензирования происходит очень редко – не более чем в 5% всех случаев. При положительном ответе главный редактор может отдать ее внутреннему редактору или одному-двум или даже трем внешним рецензентам. Практика peer review затрагивает достаточно широкие сети рецензентов, которые должны быть профессионалами, компетентными в одной из дисциплинарных областей. Если отзывы окажутся благосклонными, то рукопись могут сразу принять в печать. Автора могут также попросить учесть замечания рецензентов и прислать исправленный вариант рукописи. Если замечания носят серьезный характер, то повторная рукопись снова попадет к рецензентам, которые будут заново ее оценивать, что оборачивается новым раундом взаимодействия между автором, редактором и рецензентом.

Непредвзятое рецензирование предполагает, что редакция не может принимать решение исходя только из своих собственных предпочтений. Считается неприемлемым также и сетевой поиск статей, даже если предварительная договоренность с автором означает необходимость прохождения процедуры отбора по всем правилам с участием «гостевых» рецензентов (Wilson 1979:807). Если главный редактор хочет больше участвовать в формировании интеллектуального облика журнала, то он должен выбирать для этого обходные пути. Например, публиковать в разных местах призывы присылать оригинальные рукописи по новым темам или тем темам, которые редко появляются в журнале. Самое большее, что он может сделать, – это контролировать назначение внешних рецензентов так, чтобы шансы, что рукопись будет оценена по достоинству, оказались выше. Это означает, что необходимо осуществлять подбор рецензентов с близкой теоретико-методологической ориентацией, что не всегда, правда, приводит к ожидаемым суждениям (Zelditch 1979). Таким образом, редакция работает с тем потоком рукописей, который присылают авторы, и не использует «обходные» пути получения рукописей (например, личные договоренности).

Принятие решения о судьбе рукописи разделено между главным редактором или его помощниками (deputy editors) и рецензентами. Когда значительно возросло количество рукописей, часть обязанностей главный редактор разделил со своими заместителями. Их он назначает из числа преподавателей университета, в котором работает сам[15]. Вместе они распределяют рукописи между рецензентами двух типов: представителями редакционной коллегии (associated editors) и внешними рецензентами. Главный редактор участвует в отборе ассоциированных редакторов, когда каждый год происходит смена трети редколлегии. То есть только к концу трехлетнего периода редколлегия имеет шансы максимально отражать предпочтения главного редактора. Даже при такой возможности не стоит рассматривать ассоциированных редакторов как некоторую сплоченную группу: они чаще всего даже не знакомы друг с другом, а их обязанности ограничиваются рецензированием пула статей, который отбирает для них главный редактор или его помощники (Freese 1975:2). Однако ассоциированные редакторы участвуют в оценке далеко не всех рукописей: большая часть оценивается внешними рецензентами. В свою очередь, внешние рецензенты назначаются из большого пула представителей дисциплины, каждый из которых оценивает рукописи значительно реже, чем рецензенты первого типа. Эти «гостевые» рецензенты распределены по всей дисциплине, они оценивают рукописи только время от времени, кроме того, «небольшой опыт взаимодействия редакции с такими рецензентами, а также их значительное количество означают, что на практике их решения трудно предсказать» (Zelditch 1979:810). Даже если заподозрить редакцию в стремлении манипулировать мнением рецензентов, то количество самих рецензентов делает эти попытки малоосуществимыми.

По уставу Ассоциации главный редактор ASR может отказать в публикации любой рукописи, даже если она одобрена обоими рецензентами. В действительности редакторы почти никогда так не поступают: «в самых редких случаях только очень эксцентричный редактор действительно пытается отклонить статью, несмотря на две положительные независимые рецензии» (Freese 1975:2; Zelditch 1976). Сама процедура отбора рукописей оказывается в руках большого количества участников, которые каждый раз специально подбираются для оценки рукописи. Опора на внешних рецензентов является одним из самых важных защитных пунктов редакции. При этом редакция подчеркивает, что на рецензирование отправляется большинство рукописей, тем самым, распространенная до 1970-х годов практика отказа без рецензирования (prejecting) осталась в прошлом. Справедливость отбора начинается именно с этого пункта: каждая рукопись должна получить свой шанс пройти peer review с участием «гостевого» рецензента[16]. Редакции постоянно подчеркивают, что отбор рукописей является действительно коллективным дисциплинарным предприятием, а не прерогативой немногих избранных фигур, которые контролировали бы публикационное пространство.

Существуют определенные контролирующие механизмы, которые регулируют оценки «гостевых» рецензентов. С 1979 года редакция ASR отправляет 80% рукописей «гостевым» рецензентам, 20% – ассоциированными редакторам (Freese et al. 1979). Пул рецензентов в ASR составляет список примерно в 700 имен (по данным на 1989 год). Эбботт пишет, что в период, когда редакции стали опираться на внешние вердикты чаще, стал формироваться моральный контракт, определивший взаимодействие между рецензентами и авторами.

Анонимность дает рецензентам свободу в высказывании мнений, так как их имена остаются скрытыми для авторов рукописей. Они ограждены от «неудобств» такого рода, как неловкость, нежелание задеть автора чересчур резкой и серьезной критикой. И по всей видимости, анонимность действительно позволяла сказать многое: в первое время сотрудникам редакции приходилось переписывать комментарии рецензентов своими словами, чтобы авторы не получили рецензии, написанные в столь резком тоне (Abbott 1999:155). Когда в ASR на должность главного редактора в 1955 году пришел Леонард Брум, то он обнаружил, что «некоторые отзывы редакторов были достойны подражания, но другие были недалекими, злобными или, наоборот, заискивающими» (145). Со временем, однако, редакциям удалось наладить взаимодействие между рецензентами и авторами, для чего была проведена большая разъяснительная работа и даны объяснения, какой должна быть рецензия для автора.

В этом смысле с рецензентов стали спрашивать гораздо больше, чем раньше. Новые обстоятельства требовали от них производства не только суждения, но и приемлемых доказательств этого суждения. Из истории AJS мы знаем, что до периода реформ в редакционной работе главный редактор обычно сообщал авторам об итоговом решении без долгих объяснений и изложения причин решения: «суждение рецензента принималось на веру, никаких подтверждений суждения не требовалось предъявлять ни автору, ни главному редактору» (Abbott 1999:157)[17]. Такое доверие к мнению было результатом переплетения личных и коллегиальных отношений, когда журналом руководила сплоченная группа чикагских социологов.

Опора на внешних рецензентов изменила баланс доверия и производство суждений, а вместе с тем и всю структуру взаимодействий между главным редактором, который принимает окончательное решение о публикации, и рецензентами, которые отвечают за оценку рукописи. Рецензенты вышли далеко за пределы хорошо знакомого ограниченного круга друзей и коллег: «в новом все расширяющимся мире социологии не только редакторы едва ли лично были знакомы с авторами, но редакторы едва ли знали многое о рецензентах» (Abbott 1999:160). Статусная прозрачность сообщества – доверие к символам академического статуса – значительно облегчила поиск рецензентов, которые согласились бы выполнять эту бесплатную работу. Личных связей главного редактора было недостаточно, поэтому он обращался в университеты с хорошими аспирантурами, предлагая преподавателям попробовать себя в роли рецензентов. Другие способы – выбрать всех авторов, чьи статьи появились в двух главных журналах AJS и ASR, включить в свою картотеку всех социологов, выступивших с докладами на сессии ассоциации и т.д. (Abbott 1999).

Редакция дает возможность рецензентам прочесть отклики друг друга. На одну статью приходятся не меньше двух рецензентов, которые теперь имеют возможность прочитать отзывы друг друга, что рассматривается как мягкая форма контроля «гостевых» рецензентов: «каждый рецензент, таким образом, подотчетен редакторам из ASR и, как минимум, одному консультирующему рецензенту» (Freese et al. 1979:240). Ведь теперь их отзывы читаются не только редактором, который курирует эту рукопись, не только ее автором, но и представителем дисциплины. В одном из проектов реорганизации процедуры рецензирования даже прозвучало предложение, чтобы ассоциированные редакторы тратили меньше усилий на оценку рукописей, предоставив это занятие исключительно внешним рецензентам, а занимались бы оценкой рецензий, производимых последними (233). Было предложено также лишить внешних рецензентов анонимности: «подписанная рецензия делает рецензента более подотчетным (accountable) автору, так как в этом обмене на кон ставится репутация рецензента» (235).

Мы помним, что возможность пройти оценку предоставляется почти всем рукописям. Помимо этого редакция отправляет все рукописи сразу двум рецензентам: если оба отзыва будут положительными, рукопись принимается к печати. Два отрицательных отзыва приводят к отказу, в случае противоположных друг другу мнений рукопись отправляется к третьему рецензенту[18]. Редакция, можно сказать, перестраховывается, так как любое решение о публикации требует не менее двух положительных отзывов. При этом рецензенты довольно часто высказывают противоположные друг другу мнения, что превращается в бесконечное испытание терпения редакции и автора. Такая процедура заметно удлиняет время оценки статьи.

Вся эта механика при этом работает на отказ: редакция принимает только 10–15% рукописей, а все остальные проходят те или иные этапы, но в конечном итоге отвергаются (Hargens 1988:197; Abbott 1999)[19]. Авторы один за другим осаждают редакции, надеясь если не на благосклонность рецензентов, то хотя бы на бесплатную обратную связь, рекомендации для «работы над ошибками». Рукописи возвращаются, что не мешает авторам отправить их в другие редакции, тем самым перезапуская процедуру рецензирования заново. Работа на отказ таким образом является отличительной чертой тех журналов, престиж которых привлекает многих авторов из разных субдисциплин. Лишь идея о том, что сообщество таким способом учит авторов, как писать статьи и проводить исследования, является некоторым утешением для рецензентов.

Ощущение чрезмерной загруженности свойственно и знакомо и авторам, и рецензентам, и редакции. Авторы проходят через несколько кругов доработки рукописи и повторной подачи ее в журнал (revise and resubmit), рецензенты перечитывают старые версии, получают все новые и новые рукописи, редакции приходится маневрировать между авторами и рецензентами, пытаясь сократить срок с момента попадания рукописи в редакцию до принятия итогового решения и ее издания. Загруженность всех участников отбора даже вызвала несколько предложений по пересмотру всей процедуры. Так, например, предложение Гленна заключалось в смене приоритетов: редакция обеспечивала бы равные возможности для рецензирования не всем рукописям, а только некоторым из них (Glenn 1976:182). Редакция, на его взгляд, должна обладать правом отправлять на рецензирование только рукописи с достаточными шансами на благожелательный отзыв. Главный редактор должен сам определять, каким рукописям можно отказать сразу, а какие стоят того, чтобы отправить их на рецензирование. В случае, когда редакция отправляет на рецензию все рукописи, рецензентам часто приходится иметь дело с настолько плохими текстами, что их работа кажется им самим просто избыточной. Во многих рукописях нет ничего, что давало бы им шанс появиться в приличном журнале (Glenn 1976)[20].

Согласно реформе Гленна рецензенты стали бы сталкиваться с меньшим количеством откровенно слабых статей. Это дало бы им возможность более серьезно оценивать оставшиеся рукописи. Остальные пункты его реформы регламентировали процедуру рецензирования, в которой оценивалось бы меньшее количество текстов, но рецензирование было бы более тщательным: большее количество рецензентов и их серьезный подбор, возможность авторам ответить на замечания рецензентов (Glenn 1976). Ради сокращения издержек редакции таких журналов, как ASR и AJS могли бы получить право сделать процедуру отбора менее сложной и затратной. Однако игра под знаменами меритократии делала такую ситуацию маловероятной именно там, где свобода действий была особенно нужна. Кроме того, реформа Гленна, как об этом пишет Эбботт, означала бы отказ от учебной функции журналов (Abbott 1999:190), которую они взяли на себя, начав рецензировать все рукописи вне зависимости от их качества. Действительно, учитывая жалобы на очень плохие рукописи, видимо, единственной мотивацией авторов при отправке рукописи в лучший журнал было получение содержательного отзыва на свою работу (при ожидаемом отказе). Рецензенты часто оставались недовольны необходимостью брать на себя роль научных руководителей, но редакторы относились и относятся к учебной функции журнала очень серьезно. Вот цитата из заметки редактора современного ASR:

Оказалось, что доказательства надежности рукописи проще найти для методологически изощренной статьи. Рецензенты и редакторы сосредотачиваются на «адекватности использованных методов, которые служат ясным и понятным основанием для оценки», в то же время «регрессии, логлинейный анализ, шкалирование, уровень ответов, репрезентативность выборки и ее размер – все это затмевает остальные соображения при оценке» (Wilson 1979:805). Обсуждение теоретической или содержательной значимости статьи отходит на второе место.

Если в отборе рукописей основное значение начинает играть обоснованность суждения, то другие соображения – оригинальность или новизна – все реже принимаются во внимание. Исчерпывающей является следующая цитата из письма главного редактора одного из журналов Чарльзу Бидвеллу – редактору AJS:

Как мы оцениваем статьи? Самый понятный и простой критерий – это изощренность в сборе данных и манипулировании с ними. Если этого нет, то мы отказываем. Заручившись основанием в виде всего этого, мы обычно расположены к тому, чтобы принять статью, несмотря на все недостатки в ее содержании […] Наша стратегия скорее принимать те статьи, которые закрывают какой-то вопрос, чем те, которые его открывают. (Цит. по: Abbott 1999:174)

При акценте на методологических преимуществах той или иной рукописи, рецензентам стало легче производить обоснованное суждение, а авторам – понятнее, как должна выглядеть статья, чтобы у нее появились шансы появиться в журнале хорошего уровня. Если в статье автор делает ставку на теоретическое достижение, хорошую концептуализацию или идею, то это определенный риск, ведь «среди современных стратегий существует больше согласия о методологических целях и критериях, чем о теоретически “содержательных” вопросах» (Zelditch 1979:812). В результате, как заключает Эбботт, «журналы оказались похоронены под натиском высоко компетентной нормальной науки в тот момент, когда представления о должном процессе отбора рукописей заставляли оценивать их исходя из компетенции, а не из интереса или значимости» (Abbott 1999:173).

В ситуации усилившейся фрагментации [22] особенно важным оказался вопрос доступа к дисциплинарным журналам, то есть к тем, которые являются общими для разных сегментов: являются ли они открытыми для всех теоретических и методологических направлений или их отличает ориентация на мейнстрим? Редакторы в ответ на вышеупомянутый вопрос много рассказывали, как происходит отбор рукописей. Подозрения в том, что редакции являются проводниками предпочтений истеблишмента, «разбились» об устройство отбора рукописей: «учитывая обстоятельства отбора рукописей, особенно роль редакторов, редколлегии и и “ad hoc”-рецензентов, сомнительно, чтобы главные редакторы журналов ассоциации могли бы быть проводниками одной парадигмы» (Freese 1975:2)[23].

Для молодых авторов публикации в главных журналах стали своего рода знаком отличия, за который стоило бороться, несмотря на жесткую конкуренцию. Осознавая свою ответственность, редакции журналов приложили все усилия для того, чтобы вердикты о судьбе рукописей носили объективный характер.

Молодые авторы, которым необходимо было выполнять правила академического продвижения, могли примириться с такими издержками, как длинный публикационный цикл, высокие шансы отказа, почти неизбежная переработка рукописи. Однако если автор уже занимает такой статус, который не обязывает его писать статьи для главных журналов, он скорее всего будет стараться избежать столкновения с процедурой отбора в этих изданиях.

Если вы хотите, чтобы в журнале выходили лучшие статьи, то сетевой способ их поиска и отбора приводит к лучшим результатам[28]. Вероятно, под этими словами подписались бы многие главные редакторы: «Все, что я хочу, – это хорошие статьи, независимо от того, как они ко мне попали. Их приходит так мало, что я не буду отчаянно бороться за так называемую справедливость, которая захватила так много наших экономистов» (Laband and Piette 1994:196).

Список литературы

Мертон, Роберт. [1988] 1993. «Эффект Матфея в науке, II: Накопление преимуществ и символизм интеллектуальной собственности». THESIS 3:256–276.
Сорокин, Питирим и Роберт Мертон. 2010. «Избранная переписка». Социология науки и технологий 1(4):193–215.
Abbott, Andrew. 1999. Department and Discipline: Chicago Sociology at One Hundred. Chicago: University of Chicago Press.
Abbott, Andrew. 2006. “Reconceptualizing Knowledge Accumulation in Sociology.” American Sociologist 37(2):57–66.
Bakanic, Von, Clark McPhail, and Rita J. Simon. 1987. “The Manuscript Review and Decision-Making Process.” American Sociological Review 52(5):631–642.
Becker, Howard S. 2003. “Long-Term Changes in the Character of the Sociological Discipline: A Short Note on the Length of Titles of Articles Submitted to the American Sociological Review during the Year 2000.” American Sociological Review 68(3):iii–v.
Beyer, Janice. 1978. “Editorial Policies and Practices among Leading Journals in Four Scientific Fields.” Sociological Quarterly 19(1):68–88.
Blank, Rebecca. 1991. “The Effects of Double-Blind versus Single-Blind Reviewing: Experimental Evidence from the American Economic Review.” The American Economic Review 81(5):1041–1067.
Campanario, Juan. 1998. “Peer Review for Journals as It Stands Today—Part 2.” Science Communication 19(4):277–306.
Clemens, Elizabeth, Walter Powell, Kris McIlwaine, and Dina Okamoto. 2003. “Careers in Print: Books, Journals, and Scholarly Reputations.” American Journal of Sociology 101(2):433–494.
Cole, Stephen. 1993. “A Note from the Editor.” Sociological Forum 8(3):337–339.
Cole, Stephen and Jonathan R. Cole. 1968. “Visibility and the Structural Bases of Awareness of Scientific Research.” American Sociological Review 33(3):397–413.
Collins, Randall. 1986. “Is 1980s Sociology in the Doldrums?” American Journal of Sociology 91(6):1336–1355.
Constitution of the American Sociological Society. 1958. American Sociological Review 23(4):431–437.
Crane, Diana. 1967. “The Gatekeepers of Science: Some Factors Affecting the Selection of Articles for Scientific Journals.” The American Sociologist 2(4):195–201.
Crane, Diana. 1970. “The Academic Marketplace Revisited: A Study of Faculty Mobility Using the Carter Ratings.” American Journal of Sociology 75(6):953–964.
Crane, Diana. 1976. “Reward Systems in Art, Science, and Religion.” American Behavioral Scientist 19(6):719–734.
Firebaugh, Glenn. 1997. “Standards, Centripetal Forces, and Some Questions and Answers about ASR: Editor’s Comment.” American Sociological Review 62(1):v–vi.
Fox, Mary. 1989. “Disciplinary Fragmentation, Peer Review, and the Publication Process.” The American Sociologist 20(2):188–191.
Freese, Lee. 1975. “ASA Editors Not Paradigm Enforcers: Mirror Work of Profession.” Footnotes 3(6):2.
Freese, Lee, Sheldon Stryker, Rita James Simon, Duncan Lindsey, and Helen MacGill. 1979. “On Changing Some Role Relationships in the Editorial Review Process [with Comments and Rejoinder].” The American Sociologist 14(4):231–245.
Glenn, Norval. 1971. “American Sociologists’ Evaluation of Sixty-Three Journals.” The American Sociologist 6(4):298–303.
Glenn, Norval. 1976. “The Journal Article Review Process: Some Proposals for Change.” The American Sociologist 11(3):179–185.
Glenn, Norval and Dwight G. Dean. 1989. “A Plea for Emphasis on Quality Rather than Quantity in Sociological Publications.” The American Sociologist 20(2):192–196.
Hargens, Lowell. 1988. “Scholarly Consensus and Journal Rejection Rates.” American Sociological Review 53(1):139–151.
Hargens, Lowell. 1991. “Impressions and Misimpressions about Sociology Journals.” Contemporary Sociology 20(3):343–349.
Jacobs, Jerry A. 2011. “Journal Rankings in Sociology: Using the H Index with Google Scholar.” PSC Working Paper Series, PSC 11-05, Population Studies Center, University of Pennsylvania. Retrieved September 21, 2013 (http://repository.upenn.edu/psc_working_papers/29).
Keith, Bruce. 2004. “Disciplinary Culture and Organization Dissonance: The Regional Association in American Sociology.” Sociological Focus 37(2):83–105.
Laband, David and Michael J. Piette. 1994. “Favoritism versus Search for Good Papers: Empirical Evidence regarding the Behavior of Journal Editors.” Journal of Political Economy 102(1):194–203.
Lengerman, Patricia Madoo. 1979. “The Founding of the American Sociological Review: The Anatomy of a Rebellion.” American Sociological Review 44(2):185–198.
Nelson T. M., A. R. Buss, and M. Katzko. 1983. “Rating of Scholarly Journals by Chairpersons in the Social Sciences.” Research in Higher Education 19(4):469–497.
Perrucci, Robert, Kathleen O’Flaherty, and Harvey Marshall. 1983. “Market Conditions, Productivity and Promotions among University Faculty.” Research in Higher Education 19(4):431–449.
Pfeffer, Jeffrey, Anthony Leong, and Katherine Strehl. 1977. “Development and Particularism: Journal Publication in Three Scientific Disciplines.” Social Forces 55(4):938–951.
Phelan, Thomas. 1995. “Measures of Success in American Sociology.” Sociological Forum 10(3):481–491.
Pontille, David. 2003. “Authorship Practices and Institutional Contexts in Sociology: Elements for a Comparison of the United States and France.” Science Technology Human Values 28(2):217–243.
Powell, Woody. 1985. Getting into Print: The Decision-Making Process in Scholarly Publishing. Chicago: University of Chicago Press.
Turner, Bryan. 1986. “Sociology as an Academic Trade: Some Reflections on Centre and Periphery in the Sociology Market.” Journal of Sociology 22(2):272–282.
Turner, Stephen and Jonathan Turner. 1990. The Impossible Science: An Institutional Analysis of American Sociology. Newbury Park, CA: Sage.
Wilson, Everett K. 1979. “Comments from a Servant of the Scattered Family.” Contemporary Sociology 8(6):804–808.
Wolfe, Alan. 1990. “Books vs. Articles: Two Ways of Publishing Sociology.” Sociological Forum 5(3):477–489.
Yoels, William C. 1971. “Destiny or Dynasty: Doctoral Origins and Appointment Patterns of Editors of the American Sociological Review, 1948–1968.” The American Sociologist 6(2):134–139.
Yoels, William C. 1974. “On the Social Organization of American Sociology.” British Journal of Sociology 25(2):150–161.
Zelditch, Morris. 1976. “The Editorial Policy of the American Sociological Review.” Footnotes 4(8):3.
Zelditch, Morris. 1979. “Why Was the ASR So Atheoretical?” Contemporary Sociology 8(6):808–813.

журнал вопросы современной экономики

Журнал «Вопросы современной экономики» — общеэкономическое теоретическое и научно-практическое издание, публикующее результаты научных исследований по широкому кругу экономических проблем, связанных с различными направлениями экономических исследований.

журнал Пространство закона

Журнал предназначен для публикации научно-практических и теоретических результатов научных исследований, в том числе, отражающих основное содержание диссертаций на соискание ученой степени кандидата/доктора юридических наук.

журнал Вопросы теории и практики гуманитарных исследований

В журнале публикуются статьи научно-практического и проблемного характера, представляющие собой результаты завершенных исследований, обладающие новизной и представляющие интерес для широкого круга читателей журнала.

Модернизация здравоохранения России: приоритеты и решения

Журнал рассчитан на руководителей органов и учреждений здравоохранения, практических врачей, научных работников и преподавателей медицинских вузов.

журнал Инженерное дело

Журнал является профессиональным научно-аналитическим изданием и предназначен для широкого круга специалистов в области науки и техники.

Издательская деятельность

stanokАвтономная некоммерческая организация содействия развитию современной отечественной науки Издательский дом «Научное обозрение» выпускает пять научных электронных журналов, издает монографии, учебно-методическую и деловую литературу.

Сотрудничество с нашей редакцией позволит Вам популяризировать Ваши научные достижения, поднять престиж в глазах научного сообщества, обеспечить стабильное продвижение по карьерной лестнице.

Перейти в раздел  Издательская деятельность .

17.11.2016

АНО Издательский Дом «Научное Обозрение» — ведущий академический провайдер в [...]

14.10.2016

АНО Издательский Дом «Научное Обозрение» — ведущий академический провайдер в [...]

На конференции горячо обсуждались вопросы о проблемах Цимлянского водохранилища, о неизбежной экологической катастрофе вызванной сильным загрязнением водохранилища.